Уже несколько лет я подумывал о поездке в Лаос. Потому что в Лаосе, где-то в горном районе ближе к вьетнамской границе, есть таинственная Долина кувшинов, где находятся тысячи вкопанных в землю огромных глиняных сосудов, о назначении которых никто точно не знает.
 
Их высота достигает трех метров, а вес некоторых составляет шесть тонн. Кое-кто из историков считает, что они служили местами захоронения мертвых во времена одной из наших предыдущих цивилизаций. Не понимаю, зачем трамбовать тела в изогнутые кувшины (если только они не были джинами), ведь обычный прямоугольный гроб куда более удобнее. Другие предполагают, что в тех местах когда-то проходили торговые пути, и караваны делали в долине остановку, чтобы пополнить запасы воды, которая накапливалась после дождей в этих емкостях. Для чего нужно было сооружать так много резервуаров, если легче построить один, но большой? А некоторые люди и вообще верят во внеземное происхождение этих объектов — тысячи лет простояли все таки. Загадка...

Проблема заключается в том, что во время американской войны в Индокитае, лет тридцать пять назад, в Долину кувшинов с самолетов было сброшено несчетное количество американских бомб, многие из которых почему-то не взорвались. Поэтому без хорошего миноискателя туда приезжать не рекомендуется, лучше сразу — в ближайший кувшин. Определенные опасения вызывает и обстановка в стране. Информация о загадочном посткоммунистическом Лаосе в последние годы очень скудно просачивается на страницы газет и экраны наших телевизоров, будто он затаился в тени. А вдруг там снова бесчинствуют «красные бригады»? Поэтому я и решил ненадолго заглянуть в эту народно-демократическую республику из соседнего Таиланда, осмотреться на местности, что там, где и почем.

Столица Лаоса, город Вьентьян, находится всего в 20 километрах от северной границы Таиланда. Сегодня эти две страны связывает мост Дружбы, перекинутый через Меконг в 1994 году по которому проходит основная транспортная артерия между соседями. Лаосскую визу украинцы могут получить без какой-либо головной боли прямо на погранпосту за мостом. Одна тысяча тайских бат, десять минут ерзанья на стуле в зале ожидания на открытом воздухе, и гуляй Вася по Лаосу на тридцать дней.

На границе в обменке я приобрел немного местной валюты, кипов. На всякий случай. За 20 долларов я получил целую кипу кипов со множеством нулей на каждой банкноте. Можно было бы деньги и не менять — в столице куда более охотнее принимают тайские баты, не говоря уже об американских долларах. Монеты в республике не в ходу, их начисто съела инфляция, когда металл стал дороже нулей на бумажных дензнаках, и мне с трудом удалось найти себе для коллекции пару старых монет в одной сувенирной лавке.

От КПП до Вьентьяна на маршрутке можно доехать за двадцать минут и один доллар США. Можно воспользоваться дежурным такси, но шустрый водила мечтает сразу же отбить за эту поездку купленный пять лет назад комплект бэушной резины для своего драндулета. Маршрутка приходит на центральный автовокзал, напротив которого через дорогу находится крытый рынок, куда съезжаются торгаши не только со всего Лаоса, но также из соседних стран. Автостанция кишит расторопными носильщиками с длинными деревянными тележками, в которые помещается половина багажного отделения автобуса вместе с владельцем товара. Этот вьентьянский рынок можно смело заносить в список городских достопримечательностей. Его называют Морнинг-маркет, хотя работает он целый день.

 Только тут, сидя в парикмахерской, можно одновременно почистить свою обувь, зубы и золотые украшения, одеть себя с ног до головы в известные мировые брэнды, а заодно и обзавестись швейной машинкой Singer (ну чем не Zinger?). Нужно только кивнуть головой. Вообще Великий Китай должен по-особому низко поклониться Лаосу в ноги за Морнинг-маркет. Здесь можно приобрести кроссовки Adidas за 10 долларов, костюм от Gucci за 20, швейцарские Rolex за 30 баксов, мобильный телефон Nokia 95 за 100 (комар носа не подточит). А если купить все сразу, получишь в нагрузку еще и музыкальный центр Panasonic. В итоге за 300 зеленых вы можете вернуться домой самым упакованным чуваком в своем городе. По крайней мере, недели на две. Потом все сломается и испортится. Поэтому лучше купить себе обычный сувенир или рисовую водку с настоящей коброй внутри (правда, она тоже в бутылке из-под Hennessy).

Вьентьян показался мне вполне романтическим городом с неповторимым восточным колоритом, слегка провинциальной атмосферой и ненавязчивым, но искренним азиатским гостеприимством. О коммунистическом режиме на улицах города напоминают разве что немногочисленные полицейские с автоматами на плечах и биллборды с изображением каких-то военных и воинских парадов. В архитектуре до сих пор просматриваются колониальные нотки. Вьентьян с конца XIX века и до шестидесятых годов прошлого был столицей протектората Франции в Индокитае, поэтому многие здания до сих пор носят на себе отпечаток французского классицизма: портики, баллюстрады, балясины. А некоторые жилые дома не оставляют ни малейшего сомнения — здесь жил легионер.

Туристической меккой всего Лаоса считается храм Золотая Ступа во Вьентьяне, вокруг которого ежедневно шатаются воздыхающие вояжеры из Западной Европы в попытках разгадать философский замысел его создателя. Пха Тхат Луанг, так он звучит по-лаосски, можно запросто включать в число трудновыговариваемых скороговорок для русско- и украиноязычных. Это место считают лаосским национальным символом, а сам храм был построен в 1566 году. А еще, как проговорился мне один местный житель, в нем хранится волосок самого Будды (не припомню, чтобы у него была пышная шевелюра, уж не из ноздри ли?). Заходить внутрь 45-метровой золотой «лестницы в небо» обычным туристам почему-то не разрешается (может, чтоб волос не сперли?), исключением стала только какая-то правительственная делегация из Словакии. Но как не старался я доказать охраннику, что я тоже из этой же делегации, просто отстал от группы (ну чем я не словак?), в закрома храма меня так и не пропустили. Скорее всего, в концепцию не вписались мои шорты. Пришлось смириться и сделать то, что делают другие — совершить обход вокруг Ступы и загадать желание, чтобы все-таки когда-нибудь меня в нее пустили.

С обеих сторон перед Ступой расположены две трехэтажные колокольни, напоминающие сторожевые башни. Только вместо колокола в них висит громадный барабан, по которому монахи дубасят увесистой булавой-колотушкой. Бу-у-ум! — вдруг загудела колокольня слева. Бо-о-о-м! — эхом отозвалась колокольня справа. Что это? Бу-у-ум, — левая. Бо-о-ом, — правая. Лишь бы не воздушная тревога, — подумалось. Откуда-то издалека воцарившаяся тишина стала медленно наполняться возрастающим гоготанием священнослужителей. Слава тебе, Господи, это служба тут так начинается, а какие мысли в голову лезут... За времена правления коммунистов им так и не удалось отлучить население от религии. Да коммунисты на этом и не настаивали, наверное, и сами втихаря ходят в церкви. Буддизм и монархия всегда оставались для лаосцев святыми незыблемыми понятиями. Говорят, что правительство уже ведет переговоры с монархами в изгнании об их возвращении в страну.

Возле Золотой Ступы находятся еще несколько буддийских храмов, не менее величественных, но более традиционных и размером поменьше. Перед входом на их территорию вам предлагают совершить добрый поступок: купить клетку с маленькой птичкой и выпустить ее на волю. Я едва приоткрыл дверцу клетки, пытаясь просунуть туда свою руку, как птичка выпорхнула из клетки сама, и наверное, никогда не оценит моего благородства, а будет думать, какой я растяпа. Неподалеку буддийские служители массивными толкушками взбивали в ступе (на этот раз в деревянной, как у Бабы Яги) какую-то желтую массу. Из этого вещества женщины потом готовят такую же ядовитую на цвет кашу, щедро выкладывают ее в алюминиевые тарелки и раздают всем желающим. И мне предложили попробовать. Можно было бы, конечно, «на шару» и перекусить, но от святой кашки я отказался — пожить еще немного захотелось.

Самое популярное транспортное средство Лаоса — тук-тук, мотоцикл с фургоном. На нем чаще всего предпочитают передвигаться фаранги (это нас с вами так называют). Названия улиц на карте были написаны лаосскими закорлючками, поэтому я просто ткнул пальцем на какой-то памятник в центре города. И не ошибся. Оказывается, Триумфальная арка находится совсем не в Париже, а во Вьентьяне. Построенная в честь независимости, которую Лаос провозгласил в 1954 году, она ничем не уступает парижской, и даже имеет не два входа, как во французской, а целых четыре. Так же, как и в Париже, за две тысячи кип вам позволят подняться наверх. Рядом разбит скверик с лавочками, спинки которых местные гостиницы используют в качестве своих рекламоносителей, наверное потому что вечерком на этих лавочках очень любят позажиматься лаосские студенты.

Самое тусовочное место вьентьянцев — длинная узкая улица Фа Нгум, извивающаяся вдоль берега Меконга, с лавками, магазинами, закусочными и гостиницами. Есть даже несколько французских ресторанов. На якорях пасутся корабли, обставленные причудливыми декорациями. На этой улице проходят выступления артистов, устраиваются шоу и дискотеки. Сюда к вечеру стекаеются все бледнолицые туристы Вьентьяна, чтобы посмотреть, как отдыхают лаосцы. Сюда же сходятся местные, чтобы увидеть, как отдыхают фаранги.
 
Тук-тукер показал мне еще несколько храмов, культурный центр, национальный музей и памятник лаосскому королю. Уж не тому ли, которого «убрали» коммунисты? А впрочем, чему удивляться? Союз нерушимый давно преобразился, из лаосского герба исчез серп и молот, а Соединенные Штаты в 1995 году сняли с Лаоса эмбарго. Пока еще однопартийная, республика приспосабливается к новым реалиям, делая уступки в отношении религии, частной собственности, рыночных отношений. А это значит, со слов одного известного политика, что «процесс пошел».

В Долину кувшинов, к сожалению, в этот раз я так и не попал. Далековато было, да и миноискателя не прихватил. Зато теперь я точно знаю, где его можно купить во Вьентьяне. На рынке Морнинг-маркет. Возьму проверенную марку известной фирмы Fisher. Ну и пусть «мэйд ин Чайна», на две недели мне хватит. Но в следующий раз я обязательно туда доберусь.